- Убьет, так убьет, - бормотала она, - ну и ладно.
- Куда ты! - донесся истошный вопль, в стену за спиной врезалось что-то тяжелое и большое, осыпалась штукатурка, цветочный грунт, полетели обломки керамики.
"Кадка с розой", - поняла Кэт, вбегая на последние ступеньки.
С момента, когда он вскочил со стулом, и до ее бегства прошло несколько минут. За это время от гостиной ничего не осталось.
Кэт не успела запереться, он вломился следом. Этот мужчина был слишком силен, запертая дверь его не остановила бы. Джерри молча пошел на нее, сжимая разбитые в кровь кулаки. Он дышал с хрипом, как загнанный зверь. И смотрел также, исподлобья, глазами, в которых светилась ненависть. Его грудь ходила ходуном, на скулах перекатывались желваки.
- Чего тебе нужно, Джерри? - она сделала шаг назад, пряча за спину трясущиеся руки. Не хотела, чтобы он заметил ее страх. - Не смей подходить. Она старалась говорить твердо, но его голос все-таки дрогнул.
- Боишься, - усмехнулся он совсем по-волчьи. Глаза его были глухо темными, являя жуткий контраст с мертвенно бледным лицом. - Я понимаю, ты бы хотела, чтобы на моем месте был другой...
Если до этой секунды Кэт не хотела верить, что с Джерри происходит что-то неладное, то теперь сомнений у нее не осталось. Этот мужчина, медленно наступающий на нее, был кем угодно, но только не Джерри. Теперь она испугалась по-настоящему.
- Ты сошел с ума.
- Да, - легко согласился он, глубоко и часто дыша. Его мускулистая грудь тяжело поднималась и опадала, - сошел с ума, когда позволил тебе подчинить мой разум, занять мое сердце. Днем и ночью, забыв все обязательства, сидеть и, как цепной пес, ждать тебя. В надежде, что придет хозяйка и приласкает, если будет в настроении...
Кэт не верила собственным ушам. Ее страх сменился злой обидой.
- Что ты несешь? - закричала она, теряя контроль над собой, - Ничего не перепутал? Это я днями и ночами без тебя! Это я мучаюсь от осознания собственной ненужности! Не могу лишний раз пройти по этой квартире, боясь увидеть горящий ночник, который лишний раз покажет мне мое истинное место в твоей жизни! Выключаю его, он включается снова! Боюсь заснуть, боюсь проснуться! Я всего лишь твоя прихоть! Ты от меня устал! Я твоя подстилка, которая все прекрасно понимает и до сих пор не уходит!!! Ты меня не любишь! А в прочем никогда не любил. А теперь еще и не хочешь. Поэтому и пытаешься в угоду своей больной совести переложить на меня вину за собственное негодяйство! Уходи!!!
Она шагнула назад и оступилась. Упала на спину, больно стукнувшись локтем о кроватный каркас. Подол платья задрался, открыв изящные бедра. Взгляд его метнулся на ее ноги. Кэт нервно одернула подол, но не сумела прикрыться.
- Как ты хорошо знаешь мужчин, - он оглядел ее, - упала, будто нечаянно, задрала юбку. Провоцируешь меня? Что, не хватило тебе на сегодня твоего смуглого, горячего клиента? Может, хочешь сравнить его с шотландским увальнем?
- Хватило, - ненавистно процедила она сквозь зубы, цепляясь за остатки мужества. - Уже сравнила. И сравнение не в твою пользу.
Кэт отвернулась на мгновение, пытаясь облокотиться на кровать и подняться. Он прыгнул на нее, как лесной кот, схватил за бедра и ловко подтянул под себя. Навалился всем телом. Кэт задохнулась, чуть не потеряв сознание от его тяжести. Но пришла в себя и вцепилась ногтями в его голую грудь. Джерри зарычал. Не от боли. От страсти и злобы. Рванул на ней платье. Ткань разъехалась от горловины почти до середины подола. Кэт отчаянно закричала. Стала бить его по лицу.
- Сейчас посмотрим, - хрипло захохотал он, разрывая платье до конца, - я возьму тебя, как хочу, дам возможность тебе снова сравнить. И, возможно, стрелка весов опять качнется в мою сторону.
Одной рукой зажал оба ее запястья, как в тисках, завел их ей за голову. Она могла только выгибаться и метаться под ним, когда Джерри целовал ее в губы. Вернее не целовал, почти кусал, ударяясь зубами о ее зубы.
- Джерри, нет!!! - закричала она, когда он оторвался от ее рта, чтобы вдохнуть.
В ответ он грубо стиснул ее грудь. Вжался лицом в шею. Он покрывал ее не поцелуями - укусами, оставляя следы на нежной коже. Кэт почувствовала его колено. Джерри втиснул его между ее бедер. Она снова закричала, напрягаясь до предела в попытке не пустить его.
- Не зажимайся, - скомандовал, тяжело дыша, - все равно я тебя возьму...
- Нет!!
- Да! - он добился своего. С силой развел ее бедра, помогая себе свободной рукой. Застонал, разрывая ее нижнее белье. Приподнялся над ней, быстро расправился с собственными шанами. А когда снова лег, Кэт охнула и выгнулась от острой боли.
- Кэт... - сквозь туманную пелену она увидела его лицо над собой. Джерри говорил в каком-то бешеном, будто наркотическом экстазе. Несвязная английская речь мешалась с гэльскими словами. Единственное, что она могла понять в этой мешанине, и что он повторял снова и снова: - ты моя... тебя не забрать у меня никому...
Она зарыдала. Ей было невыносимо больно. Не было сил терпеть. Он грубо насиловал ее. Измывался над ней и смотрел на нее без единой мысли во взгляде, как будто вообще не узнавал. Двигался резко, беспощадно. И все же своей дьявольской силой сломил ее, заставил ее тело отзываться, она уже начинала ощущать сладость, пробивающуюся сквозь боль.
Джерри чувствовал, что весь бурлит внутри, сгорает. Что его вот-вот разорвет на куски. Чувствовал женское тело под собой, податливое, уже ставшее слабым, безвольным. Светлые волосы женщины разметались, из глаз текут слезы. Он замечает, что лежит она на острых камнях, которые вонзаются ей в обнаженные плечи, спину. И еще свежий, пахнущий цветами ветер. Где-то в облаках орлиный клекот. Вереск цветет. Она жалобно рыдает, умоляет. Платье задрано до подбородка. "Не отпускай ее, - шепчут голоса, - не дай ей уйти, сломай. Иначе исчезнет, пропадет, как тень в полдень. Она твоя собственность. Удержи ее или убей. Убей. Убей!"...